Уроки финансовой грамоты. Дорого

Уроки денежной грамоты. Недешево

Под Новый 2005 год Наталья Боднар получила подарок – кредитную карту от «Российского эталона», на которой лежало 30 тыс. руб.

Карта, говорилось в письме из банка, полагалась ей как благонадежному заемщику: незадолго ранее Наталья погасила потребительский кредит – брала микроволновку. «В условия я не вникала, а средства мы, естественно, здесь же сняли и издержали, – ведает она. – А почему бы не пользоваться карточкой?» Каждый месяц семья исправно платила 1200 руб., как указывалось в письмах, приходивших из банка. 11 месяцев спустя выяснилось, что долг не уменьшился, все те же 30 тыс. руб.

«У супруга бизнес сезонный – установка кондюков, к зиме заказов не бывает. Доход на двоих – 1 тыс. долл.», – ведает Наталья. Взвесив все «за» и «против», семья решила чрезвычайно дорогую задолженность реструктурировать: 20 тыс. руб. взяли под наименьший процент в Сбербанке, а недостающие средства наскребли, поменяв четырехлетний Фольксваген на «семерку». «Как мы рассчитались с «Русским эталоном», он снова прислал нам карту – сейчас уже на 60 тыс. руб.!» – возмущается Наталья. Карту она выкинула – «чтоб даже соблазна не появлялось».

За обучение денежной грамоте семья Боднар заплатила дороже, чем рассчитывала. С расширением рынка потребительского кредитования число обманувшихся лавинообразно вырастает. Скоро правила игры на этом рынке серьезно ужесточатся: банкирам придется прямо указывать реальную цена кредитов и надеяться на то, что бюрократы воздержатся от соблазна в предвыборный год закрутить гайки еще туже.

Среди БУМА

На 1-ый взор праздничек на рынке потребительских кредитов длится. За 1-ые три квартала 2006 г. их объем (без учета кредитов на строительство жилища) вырос на 48% и превысил 1,6 миллиардов руб. И хотя в январе-сентябре 2005 г. темп роста был в 1,5 раза выше (73,5%), сетовать на неурожайный год банкирам не приходится. Тем паче что есть куда расти и далее. Банковскими кредитами пользовалось до сего времени чуток больше 10% взрослого населения страны – к концу прошедшего года в Центральном каталоге кредитных историй были собраны сведения о 13,3 млн заемщиков-физлиц.

Вот только за каждый процент прироста банкам приходится платить все дороже. С начала 2004 г. по ноябрь 2006 г. сумма всех кредитов физлицам выросла в 6 раз, а просроченных – в 14,5 раза. Вот свежайшие данные: в январе-октябре 2006 г. кредиты гражданам выросли на 52%, а «нехорошие» – в 2,2 раза. И дело не в том, что участились случаи мошенничества.

Межрегиональный долговой центр (МДЦ), специализирующийся на работе с проштрафившимися «физиками», разделяет собственный контингент, следуя систематизации южноамериканского психолога Джона Бэчмена. Более половины, 57%, – это беспамятные должники. «Это работающие люди со размеренным доходом 500-700 долл. за месяц на человека, – объясняет гендиректор центра Сергей Мамедов. – Основная причина нарушений – невнимательность: они могут на пару месяцев уехать в командировку, забыв про кредит. 2-ая причина – несовпадение дней получения заработной платы и выплат по кредитам». Практически четверть, 24%, неплательщиков – «бедняки». Кредиты берут в чувственном порыве – на мебель, технику, одежку – с расчетом на будущие приработки. «То им кто-то обещал подогнать халтуру через месяц, другими словами надежда получить старенькые долги от друзей», – объясняет Мамедов. Еще 7% – это «обманутые», поточнее, обманувшиеся: они брали кредит, ориентируясь на объявленную банком процентную ставку, и только позже нашли, что из-за укрытых банковских платежей и комиссий настоящая цена займа оказалась в два с излишним раза выше. Жуликов, либо «смельчаков», в практике МДЦ не настолько не мало – всего 12%. Эти рассчитывают, что банк про их «забудет», либо не веруют, что их принудят заплатить через трибунал.

Основная неувязка русских заемщиков в том, что они просто не могут воспользоваться кредитами. «Человек взял кредит и два года его не обслуживал. И задумывается, что банк должен за ним бегать и припоминать. А через два года приходит письмо, где заместо основного долга 20 тыс. руб. набежало уже 100 тыс. со всеми процентами и штрафами», – гласит директор коллекторского агентства «Русбизнесактив» Андрей Сорокин.

Статистика Государственного бюро кредитных историй (НБКИ), собравшего информацию о 4,2 млн заемщиков, подтверждает, что с честностью у россиян дела обстоят куда лучше, чем с платежеспособностью и умением просчитать собственный бюджет. К числу откровенных жуликов можно отнести наименее 1% людей (46 тыс. кредитов), сведения о которых поступили в НБКИ: платежи по их кредитам не проводились никогда. 12% от полного количества кредитов имеют просрочку платежа более 30 дней, а 9% заемщиков задерживают платежи больше чем на 90 дней. А это гласит о том, что резкое ухудшение официальной статистики (по данным ЦБ, толика просроченных кредитов физлицам на 1 ноября 2006 г. была равна 2,7%) не за горами.

БЕСПРОИГРЫШНАЯ ЛОТЕРЕЯ

Бизнес-модель, господствующая на русском рынке потребительского кредитования, описывается так: честный заемщик платит за себя и «за того парня». Платить приходится много: невзирая на то, что на рынок выходят все новые игроки, действенные ставки остаются очень высочайшими. Средняя действенная ставка по экспресс-кредитам в 2006 г. «плавала» вокруг 50% против 55-60% год назад, констатирует аналитик агентства RusRating Виктория Белозерова. «В целом по стране девять честных заемщиков платят за 1-го неплательщика!», – подтверждает замдиректора департамента розничного бизнеса Росбанка Дмитрий Вечканов. Банку проще, чтоб девять человек заплатили за десятого, чем гоняться за ним и отбирать у него холодильник.

Невзирая на ухудшающуюся статистику, такая модель могла бы работать еще длительно, не ставя под опасность стабильность банковской системы. До такового кризиса, который потряс в конце 2003 г. Южную Корею из-за больших убытков восьми огромнейших эмитентов кредитных карт, нужно еще дожить. Там задолженность населения достигала 14% ВВП, в Рф она не превосходит 7% ВВП. Там просроченный долг имел каждый десятый кореец, у нас каждый десятый только успел пользоваться кредитом. Это позволяет банкирам продолжать экспансию, смещая акцент с более рискованного экспресс-кредитования на раздачу кредитных карт уже испытанным заемщикам.

По данным RusRating, просроченная задолженность по карточкам росла в 2006 г. этим же темпом, что и общая просрочка. А это уже тревожный звонок. «Возможность массовых личных дефолтов велика, даже если не будет ухудшения макроэкономических характеристик. И основная неувязка связана с людьми, а не с макроэкономикой, – отмечает директор аналитического центра «Интерфакс-ЦЭА» Миша Матовников. – Люди слабо представляют, во что ввязываются. Плюс сами банки не стремятся им объяснить». И это еще мягко сказано.

ДОЛГОВОЕ ВРЕМЯ

Кредитный бум не обошел стороной поселок Поворино в Воронежской области. Там главные должники – пожилые люди, у их в бедном регионе более постоянные доходы. В кредит живет чуть ли не любая 3-я поворинская семья. По уровню долгового бремени они уверенно соперничают с благополучной Германией. У германцев долговая нагрузка в 4-4,5 раза превосходит их каждогодние доходы. Правда, и кредиты немцы берут в главном огромные и длинноватые – на жилище. А поворинцы – на диваны и телеки. При этом недлинные и некрупные потребительские кредиты давят заемщиков в Черноземье сильнее, чем германцев их долголетние масштабные долги.

Средний доход в Поворине 4 тыс. руб. за месяц. С таким доходом отрешаться от средств, которые банк сам предлагает, порочно, считает российский человек. И лезет в долговую яму. Лариса Щелкунова купила в кредит священную кухню и села на голодный паек: каждомесячный платеж банку – 2030 руб., а ее пенсия – 2150 руб. Пришлось вдвоем жить на пенсию супруга – 2500 руб. (официальный прожиточный минимум в регионе – 2791 руб. за месяц на человека). Вообще-то Щелкуновы не планировали затягивать пояса – просто при покупке им высчитали каждомесячные взносы в 2 раза меньше, чем по сути. Менеджеры ошиблись, разъясняет пенсионерка, банк прислал платежки совершенно с другими цифрами.

«Супруг перебежал на самые дешевенькие сигареты. Отлично, что у нас есть огород – это нас выручило!» – вспоминает дама. Через полгода кредит с действенной ставкой 45% погасили. За благонадежность Щелкуновой прислали кредитную карту «Российского эталона». Пенсионерка не смогла ею пользоваться – не сообразила, как активировать. Сейчас радуется: знакомая сообразила, и 50 тыс. руб. с кредитки истрачены. Уже полгода она платит банку 3 тыс. руб. за месяц при пенсии 3500 руб. Не так давно позвонила в банк поинтересоваться, длительно ли еще погашать. Выяснилось, что длительно: основной долг за полгода сократился только до 47 тыс. руб.

Кредитный бум в глубинке приобретает иногда и трагикомические формы. Сергиев Посад стал для розничных банкиров бермудским треугольником, где кредиты теряются невозвратно. Пару лет вспять трудности здесь испытал «Российский эталон»: группа жуликов десятками получала карты экспресс-кредитования по чужим паспортам. Злоумышленников изловили, но они отвертелись условными сроками.

А в 2005 г. энергичные менеджеры Росбанка провели в городке активную кампанию по вербованию клиентов, последствия которой прошлой осенью разгребали коллекторские агентства. Экспресс-кредиты раздавались людям, дальним от вида благонадежного заемщика. «У нас в подъезде многие получали такие кредиты. Без справок о доходах, пьющие и безработные», – ведает Лариса Ковырина. Она тоже безработная, годом ранее взяла кредит по требованию знакомой, которая «вела торговлю на рынке, а где на данный момент – непонятно». О последствиях своей легкомысленности она не думает: «Из банка уже звонили, но что им с меня взять?» Ситуация типична для многих банков: подразделение по продажам зарабатывает призы, а кредитчики позже пожинают плоды гиперактивности коллег.

Бурлит НАШ РАЗУМ

Не все заемщики готовы нести долговое бремя так же безропотно, как поворинские пенсионерки. Москвичка Наталия Пиотровская считает себя жертвой Росбанка. Три года вспять она взяла кредит в «Первом ОВК» – 15 тыс. – и, по ее словам, погасила его до истечения льготного периода, но квитанцию не сохранила. «Не так давно мне пришло письмо от Росбанка (впитал «1-ое ОВК». – SmartMoney) с требованием погасить долг, при этом они высчитали 118 тыс. руб. с процентами, штрафами, пенями!» – поражается Пиотровская. На будущее она твердо решила: больше с банками не связываться. В ней пробудилась жажда борьбы: «Я дойду до ЦБ, до ФАС и буду обосновывать беззаконность требований банка».

Регуляторы и так все плотнее подбираются к многообещающему рынку. «Неувязка номер один с потребительским кредитованием – недостоверная информация, которую предоставляют банки заемщикам», – уверен управляющий Конфедерации общества потребителей Дмитрий Янин. В 2005 г. эта же идея пришла в голову бюрократам антимонопольной службы. При помощи нехитрых арифметических подсчетов они установили, что у «Российского эталона» при заявленной процентной ставке в 29% настоящая доходила до 66% годичных, у ХКФ Банка – до 52% при 28,5%, у Банка Москвы – до 31% при 21%. Но до недавнешнего времени ничего, не считая увещеваний, бюрократы противопоставить хитроумию финансистов не могли.

В 2006 г. случился прецедент: управление Роспотребнадзора по Свердловской области предписало ХКФБ поменять форму контракта с заемщиками. «Кредиты предоставлялись только при условии оплаты услуг по открытию и ведению банковского счета, при этом часто это обходилось клиенту дороже, чем выплата процентов, – гласит Наталья Афанасьева, начальник отдела в свердловском управлении Роспотребнадзора. – Это навязывание услуги». Невидимые неопытному глазу платежи и комиссии взимают все банки, специализирующиеся потребкредитованием. В договорах они указываются, но «маленьким шрифтом на последней страничке», отмечает Афанасьева. ХКФ Банку Роспотребнадзор прямо предписал прирастить размер шрифта «по аналогии требования СанПиН 1.2.1253-03 «Гигиенические требования к изданиям книжным для взрослых»".

ХКФ Банк оспорил предписание в суде, но проиграл в 2-ух инстанциях. Оценив масштаб опасности, Ассоциация региональных банков «Наша родина» попробовала отыскать управу на чиновников в Верховном суде, попросив арбитров вывести потребкредитование из-под деяния закона о защите прав потребителей. ВС навстречу банкирам не пошел. Свердловский Потребнадзор тем временем угрожает разбирательствами другим банкам. «У нас есть воззвания от людей по «Русскому эталону», по екатеринбургскому СКБ-банку», – гласит Афанасьева.

Свердловская тяжба – это еще цветы. Не суды, а закон должен вынудить банки открывать реальную цена кредита, убежден Янин. «Как в Великобритании действует Consumer Credit Act, в США – Consumer Credit Protection Act, так и нам нужен закон о потребительском кредите, который бы обязал банки открывать эффективную ставку», – гласит он.

Закон уже написан: Минфин занес его в правительство еще в прошедшем году, и 1-ый зампред банковского комитета Госдумы Павел Медведев ждет, что проект поступит в парламент в феврале. Право утверждать методику расчета платежей и стандартную форму предоставления инфы заемщикам о платежах по кредиту бюрократы желают дать Центробанку. В данном случае способности «растолкать» комиссии по «подвалам» кредитного контракта у банков не остается.

А здесь к тому же вице-премьер Александр Жуков озаботился увеличением уровня денежной грамотности населения, без которого, по его воззрению, не обеспечишь оживленный экономический рост. Глядишь, и у нас появится аналог канадского Агентства по потребительскому финансированию, на веб-сайте которого заемщик при помощи нескольких кликов может получить подробнейшую информацию об критериях кредитования во всех банках, дающих в долг популяции.

ГУМАНИЗМ И БАНКРОТСТВО

Пока бюрократы решают, вроде бы лучше отрегулировать сектор, банкиры пробуют улучшать работу с неаккуратными заемщиками без помощи других. До недавнешнего времени банки предпочитали реализовать проблемный долг с огромным дисконтом в коллекторские агентства, сейчас заемщику все почаще предоставляется шанс долг реструктурировать. «Хоть какой, кто берет кредит, может утратить работу, захворать, нуждаться в дорогостоящем лечении, – готов войти в положение клиента Константин Богатырев из СКБ-банка. – Если доходы клиента позволяют, банк может пойти на реструктуризацию».

У Алексея из Чебоксар полгода вспять погибла супруга. Он остался с ребенком на руках и с долгами по кредитной карте. Лишь на сервис долга уходит 6 тыс. руб. за месяц, ровно столько же – его заработная плата. Алексей уповает на реструктуризацию: 2-ой месяц ожидает решения от банка и потому не именует ни фамилию, ни банк, решающий его финансовую судьбу.

Подсластить таблетку банкам может закон о личном банкротстве, который готовит Минэкономразвития. «Пока мы тормознули на таком определении неплатежеспособности: или неуплата по кредиту в течение 6 месяцев, или ситуация, когда цена имущества заемщика меньше объема обязанностей должника», – гласит один из разработчиков Святослав Абрамов. Реализовать можно будет все, не считая одной незаложенной квартиры и «предметов обыкновенной домашней обстановки и обихода», к примеру одежки и обуви. Тогда и, глядишь, работать в Сергиевом Посаде банкирам станет просто и приятно.

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.